ое, еще в экспериментальной стадии. Мы сделали несколько
  тестов, результаты кажутся положительными. Пока. Но препарат еще даже не
  показывали ФДА. Не говоря уже о разрешении на производство. Мы еще не
  закончили его испытания.
   То, что описывал Стайн, очевидно, был самый первый антибиотик -
  сефалоспорин. В конце восьмидесятых он будет выпускаться под названием
  "сефтазидим". А в то время его обозначали как С 3-1. Сегодня это обычно
  применяемое при мелиоидозисе лекарство.
   - Он может дать побочный эффект, - продолжал Стайн. - Мы пока мало что
  знаем.
   - А как скоро проявится этот побочный эффект? - спросил Монк.
   - Понятия не имею.
   - Послушай, Норм, если ребенок обречен умереть через три недели, то что
  мы теряем?
   Стайн тяжело вздохнул:
   - Не знаю. Это против всех правил.
   - Клянусь, никто не узнает. Давай, Норм, ради тех девочек, которых я
  знакомил с тобой.
   Он услышал хохот, донесшийся из далекого Чеви-Чейза в штате Мэриленд.
   - Попробуй только расскажи Бекки, и я убью тебя, - сказал Стайн, и в
  трубке наступила тишина.
   Спустя сорок восемь часов в посольство на имя Монка прибыла посылка. Ее
  доставили через международную компанию срочных перевозок. В посылке был
  термос с сухим льдом. В короткой записке без подписи говорилось, что во льду
  находятся две ампулы. Монк позвонил в советское посольство и попросил
  передать второму секретарю Туркину следующее: "Не забудьте, сегодня