и кто-то из ночной смены взял ее. У них есть ключи от всех
  дверей.
   - Итак, это Акопов?
   - Первый подозреваемый - несомненно. Его квартиру обыскали. В его
  присутствии. Ничего. Я подумал, он мог взять папку с собой, а потом потерять
  атташе-кейс. Так случилось однажды в министерстве обороны. Я вел
  расследование. Это не был шпионаж - обычная халатность. Виновного отправили
  в лагерь. Но у Акопова тот же портфель, с которым он всегда ходит. Это
  подтвердили три человека.
   - Так что же, он сделал это умышленно?
   - Возможно. Но здесь есть проблема. У него было двенадцать часов, чтобы
  сбежать, а он пришел утром сюда. Почему? Я бы хотел... э-э... подопрашивать
  его подольше.
   - Разрешение дано.
   - А что потом?
   Игорь Комаров повернулся во вращающемся кресле лицом к окну. Некоторое
  время он раздумывал.
   - Акопов был очень хорошим личным секретарем, - наконец произнес он. - Но
  теперь его необходимо заменить. Меня беспокоит, что он видел документ,
  содержание которого чрезвычайно секретно. Если его понизить в должности или
  уволить совсем, он будет чувствовать себя обиженным, а это может ввести его
  в искушение разгласить то, что ему стало известно. Это было бы огорчительно,
  очень огорчительно.
   - Я все понял, - сказал полковник Гришин.
   В этот момент привезли ничего не понимающих ночных охранников, и Гришин
  ушел вниз, чтобы допросить их.
   К девяти вечера помещение охранников в казармах "черной гвардии"