лнявшей высотные затяжные прыжки с
  парашютом.
   Если у парашютистов арабский язык Мартина так и не пригодился, то в полку
  специального назначения ему быстро нашлось применение. В течение трех лет, с
  1979 по 1981-й, он служил в западном Дофаре в войсках султана Омана, обучал
  охрану особо важных персон в двух арабских эмиратах, инструктировал
  национальную гвардию Саудовской Аравии в Эр-Рияде и читал лекции личным
  телохранителям шейха Исы в Бахрейне. В папке полка эти этапы пути майора
  Мартина сопровождались комментариями, в которых, в частности, отмечалось,
  что в нем вновь пробудилась привитая в детстве тяга к арабской культуре, что
  в арабском языке ему не было равных в полку, что, если ему нужно было что-то
  обдумать, он долго гулял в пустыне, не обращая внимания на жару и
  надоедливых насекомых.
   Документы говорили, что после трехлетней службы в войсках специального
  назначения, зимой 1981 года, Мартин вернулся в парашютный полк. Для него
  приятной неожиданностью оказалось известие о том, что в январе-феврале 1982
  года планировалось участие парашютистов в операции "Надежное копье" в Омане.
  На два месяца Мартин вернулся в Джебель-Акдар, а в марте взял отпуск. В
  апреле его срочно отозвали из отпуска: Аргентина напала на Фолклендские
  острова.
   Первый батальон парашютного полка остался в Великобритании, а второй и
  третий отправились в Южную Америку. Парашютисты плыли на пассажирском
  лайнере "Канберра", спешно переоборудованном в военный транспорт.