й, Мейбел, как насчет пива? Тут
  двое парней умирают от жажды.
   За пивом Дон рассказал родителям, что через три дня он отправляется в
  Персидский залив. Мейбел всплеснула руками и в ужасе зажала рот, а Рей,
  подумав, торжественно произнес:
   - Что ж, полагаю, для того тебя и учили.
   Дон отпил глоток и не в первый раз подивился, почему родители всегда
  волнуются больше, чем он сам. Теперь дедушка тоже смотрел на внука; судя по
  его старческому взгляду, он наконец узнал его.
   - Дон собирается на войну, дедушка! - крикнул Рей.
   Глаза старика оживились еще больше. Почти всю жизнь он был моряком.
  Много-много лет назад, едва окончив школу, он был зачислен в ВМС США. В 1941
  году он, поцеловав на прощанье жену, оставил ее с новорожденной дочерью
  Мейбел у родителей в Талсе и отправился на тихоокеанский фронт. В
  Коррегидоре он был недалеко от Макартура и слышал, как тот сказал: "Я
  вернусь", - а когда генерал действительно вернулся, он стоял от него в
  двадцати ярдах.
   За это время он принимал участие в десятке сражений возле крошечных
  Марианских островов и пережил ад Иводзимы. На его теле до сих пор остались
  шрамы от семнадцати боевых ранений, а мундир старика украшали "Серебряная
  звезда", две "Бронзовых звезды" и семь медалей "Пурпурное сердце".
   Он несколько раз отказывался от офицерского звания; его вполне устраивала
  должность старшины, потому что он знал, в чьих руках находится реальная
  власть на корабле. В корейском порту Инчоне ему