ом. Этим объяснялись и разные уловки при
  размещении заказов на изготовление секций ствола и других деталей пушки.
   Только он, Джералд Винсент Булл, знал истину, и эта истина была очень
  проста: суперпушку нельзя использовать как артиллерийское орудие, стреляющее
  обычными снарядами, как бы мощны они ни были.
   Во-первых, суперпушку с ее стопятидесятиметровым стволом невозможно
  установить без жестких опор. Даже если, как и предлагал Булл, расположить
  пушку на склоне горы с сорокапятиградусным уклоном, то и в этом случае
  каждая вторая из двадцати шести секций ствола должна иметь жесткую опору или
  цапфу. Без таких опор ствол согнется, как вареная макаронина, и лопнет под
  собственной тяжестью.
   Следовательно, ни уменьшить, ни увеличить угол наклона ствола суперпушки,
  ни изменить его направление будет невозможно. Значит, пушка сможет стрелять
  по крайне ограниченному числу целей. Для изменения угла наклона или
  направления ствола пушку придется демонтировать, а на это уйдут недели. Даже
  для того, чтобы прочистить канал ствола и перезарядить пушку, потребуется
  дня два.
   Кроме того, слишком частые выстрелы быстро выведут из строя чрезвычайно
  дорогой ствол. Наконец, суперпушку "Вавилон" невозможно замаскировать и
  надежно защитить от поражения.
   Каждый выстрел будет сопровождаться выбросом из ствола языка пламени
  длиной девяносто метров, который сразу зарегистрируют все спутники и любой
  самолет. Через несколько секунд после выстрела американцы будут знать