овы свой форменный берет и сунул его под левую руку. После этого Бадри
  стал весь внимание.
   - Значит, ты и есть тот самый гений маскировки?
   Полковника Бадри предупреждали, что нельзя смотреть раису в глаза, но
  иначе Бадри не мог, ведь президент обращался к нему лично. Впрочем, в тот
  день Саддам Хуссейн был в хорошем настроении. Глаза стоявшего перед ним
  молодого офицера светились любовью и восхищением. Хорошо, его можно не
  опасаться. Сдержанно, не повышая голоса, президент объяснил полковнику
  задачу. Бадри распирало от гордости и благодарности за оказанное ему
  доверие.
   Потом в течение шести месяцев он работал как вол, стараясь сдать объект в
  назначенные очень жесткие сроки. Работы были закончены на несколько дней
  раньше запланированного. Раис, как и обещал, предоставил Бадри полную
  свободу действий. В его распоряжении было все и вся. Если выяснялось, что
  для работ нужно больше бетона или стали, чем предполагалось, достаточно было
  позвонить по личному номеру Камилю, и племянник президента тотчас выделял
  все необходимое из фондов своего министерства. Если Бадри требовалась
  дополнительная рабочая сила, вскоре привозили еще сотни рабочих - всегда
  только завербованных корейцев или вьетнамцев. Они работали на совесть, а
  жили все лето в жалком барачном городке, что был построен неподалеку от
  объекта в долине. Потом их всех увезли, куда именно, Бадри понятия не имел.
   Если не считать этих рабочих, то по дороге на объект не приезжал