я с Августой ушел из дому? Какими они казались мне
  пустяковыми. Я сделал такую же глупость, как вчера в посольстве, я попался
  на удочку сразу же, с самого начала. А все остальное - это только результат
  моей слепоты!
   Я поднялся и пошел посмотреть в соседнюю комнату. На стенах - резьба из
  черного эбенового дерева. Здесь не видно было стремления приспособиться к
  белым. Наверное, кружева и занавески в спальне были только производственным
  оборудованием. Туда она водила своих гостей, а здесь жила. Я с интересом
  рассматривал цветные циновки из жесткой травы и мебель необычной грубой
  формы. Влияние двух рас, выражение раздвоенности. Что я знал о Гледис? Что я
  знал о здешней жизни? Собственно - ничего. Я перелистал несколько книг,
  выставленных на самом видном месте в небольшом книжном шкафу. "History of an
  African" Оливии Шрайнер, описывающей жизнь и отношения между представителями
  разных этнических групп, "Kaffir Stories" писателя Скулли, полная конфликтов
  между представителями различных рас. И те книжки, что рассматривали
  современные вопросы, с экзотическими именами их авторов, которые меня
  заинтересовали: Вузамазулу, Мафлеле, Нгвала и другие. Было из чего выбрать,
  но о чтении я даже не думал. Я только пытался понять эту женщину, жизнь
  которой не знал и мог лишь пытаться угадать. В чем на нее можно положиться,
  чего я могу от нее ждать.
   У африканских женщин ночь, проведенная совместно, не имеет особого
  значения. Жизнь