сотке,
   - Вы тот, новый? - спросил он, когда мотор завелся и заработал без
  перебоев. Я кивнул. - Но если он у меня сдохнет по дороге, срежу вам премию!
   Ворота открылись, патруль у пулемета на сторожевой вышке поднял руки в
  знак приветствия.
   Резко похолодало. Вечер наступил так, будто шквалом погасило лампу. Я с
  удовольствием влез под одеяло. Джон Тенсер уже лежал. Я заметил, каким он
  был уставшим. С автоматом на шее бег за бронетранспортером не так уж прост.
  Остальные заканчивали день в столовой. Думали, что еще раз - веселятся,
  верили этому. Радиокомбайн играл вовсю, мы слышали трубы и ба- рабаны даже
  на казарменной койке.
   Тенсер приоткрыл глаза и слабо усмехнулся.
   - Сыт этим по горло, а?
   Я кивнул. Мы впервые остались наедине. Теперь появилась возможность,
  которую я ждал уже несколько дней.
   - Как ты думаешь, можно достать в Солсбери фальшивые документы? -
  спросил я прямо. Это был единственный человек, который разбирался в подобных
  вещах.
   - Думаю, что нет, - ответил он тихо. - У меня здесь нет никаких связей,
  а без них не получится. Уйти можно и без документов,
   - Но не в Европу, - вздохнул я.
   - В Европу нет, это не выйдет, - И он повернулся на другой бок, больше
  мы не разговаривали. Трубы и рев пьяных голосов. Я тоже должен однажды
  порядочно нализаться и забыть обо всем,
   Мне показалось, что на дворе начинает светать, но оказалось, что это
  был огромный месяц. Темно-зеленый. Бог его знает,