Я услышал стук предохранительной защелки.
   Темнота - глубокая, непроницаемая и абсолютная - окружила нас. Мы были
  закупорены в бутылке, запаяны в консервной банке, погребены в бочке под
  поверхностью моря. А где-то над нами и вокруг нас разыгралось что-то, о чем
  на следующий день все мировые агентства печати дадут одинаково сенсационное
  сообщение: "СУДНО С ГРУЗОМ U3О8 НА ПУТИ ИЗ АМСТЕРДАМА В ГЕНУЮ БЕССЛЕДНО
  ИСЧЕЗЛО!"
   Но тут я задрожал от страха, и зубы у меня громко застучали. Никогда не
  дойду я до последней ступеньки лестницы, никогда не ступлю на дно этого
  омута! В следующее мгновение я просто задохнусь. Но наконец я почувствовал
  дно резервуара, и на меня навалилась безмерная усталость. Мне хотелось
  залезть еще глубже во тьму, свернуться в клубочек и спать. Я хотел ни о чем
  не думать, ничего не слышать. Ведь это сон, страшный сон! Через минуту я
  встану и пойду на утреннюю смену. Мир прочен и постоянен, в мире есть
  порядочность и свой порядок. Действуют законы и права, конвенции и договоры;
  человеческая жизнь имеет огромную цену. Никто не смеет безнаказанно поднять
  на другого руку. Добро и справедливость, свобода и правда - ценности
  человеческого духа...
   Но Гут сокрушенно сказал:
   - К черту! Найти нас не смогут, но что будем жрать? И что будет дальше?
   Что будем жрать и что будет дальше?
   Они уничтожили целую команду. Нельзя сказать - перебили, просто -
  уничтожили, не осталось ничего. Капитан Фаррина