познание. Жизнь совершенно
  другая, чем я ее себе представлял. Редко, когда человеку дается полная
  острота зрения, возможность снять с глаз бельма, не пропускающие свет, не
  дающие видеть правду. Правда на вид двояка - как ощущение шизофреника.
  Правда женщины, раздевающейся в стриптизе, и правда женщины, раздетой
  междугородным автобусом. Обе голые и обе реально существуют, как стол для
  вскрытия или сцена. Каждый может выбрать себе ту, которая его привлекает.
  Ту, вскрытую железом буфера, или ту, закрытую железом своей кожи. Но если
  удастся устранить бельма, обе женщины перед глазами сольются воедино. В
  этом-то и чудо. Видеть внутреннее и внешнее, форму и суть одновременно.
   И теперь я видел свою жизнь, которая раньше казалась сложенной из
  отдельных, самостоятельных мгновений, как одно целое - открывшееся и тут же
  навсегда закрывшееся передо мной. Здесь все кончится, дальше не будет
  ничего. Все бессмысленно. Во всем я потерпел крушение: в работе, в
  супружестве и в этой подвернувшейся случайно авантюре - тоже. Видимо, я из
  тех людей, которые первыми падают на поле боя, из тех, кого сметают лавины,
  или, если они идут по мосту, мост ломается. У них даже нет времени спросить
  - почему? На этот вопрос все равно никто не сможет ответить.
   Мы дремали тупо, безвольно. Как пойманные в капкан. Звери в капкане
  хотят только освободиться, не понимая, что и капкан может означать укрытие,
  а бегство из него - смерть. Однако