езопасности. Скорее всего, они
  хотели создать такую ситуацию, чтобы кто-то мог захватить груз. Обеспечить
  благоприятные условия. Одинокое судно на море - вот самые благоприятные
  условия. Не надо бояться свидетелей.
   - А нам-то какое дело? - прошептал Гут. - Само собой, кто-то
  планировал. Возможно, уже в Евроатоме, потому что мы долго ждали разрешения
  на продажу урана фирме "Андреотти", которая зафрахтовала судно. Но какое это
  имеет значение для нас?
   - Никакого. Ты прав, никакого.
   - Мы должны проникнуть в склад, должны добыть себе жратву, - хрипло
  шептал Гут. У него снова сдавали нервы. Вновь ожил призрак голодной смерти.
  Мы видели его. Снова нас сдавила тем- нота. Непрерывный гул корабельного
  вала и судовых машин был утомителен. Я свернулся в клубок и закусил зубами
  кулак, чтобы не кричать от ужаса:
   "Я не хочу умирать, я еще не хочу умирать!"
  
  
   ГЛАВА II
  
   Где-то среди ночи - невозможно было различить в темноте стрелки часов -
  мы вышли из стального склепа. Гут отпер замок крышки вентиляционного
  отверстия, и мы вылезли наружу. Чувствуя, как колотится сердце, я сполз с
  батареи следом за Гутом, который сразу бросился к крану. Жадно,
  захлебываясь, пили мы воду. Ее тут было достаточно.
   Вдали мерцали огни аварийного освещения, они казались глазами
  сказочного существа. Мы различали очертания водяных резервуаров, собственные
  силуэты и стальные шпангоуты. Казалось невероятным,