ли уверенность. Мне
  доставлял заботу только инструмент. Где найти пробойник, который не
  сломается, не прогнется и будет способен проникнуть через свинцовый кожух?
  Залезть в машинное отделение мы не можем отважиться, в ремонтное отделение
  тоже нет. Единственная возможность - это искать в трюме или... Я нащупал
  руку Гута и легонько ее сжал.
   - Ты не видел в продуктовом складе ломик для открывания ящиков? Должно
  же у них там что-то быть. Нам надо еще раз посмотреть внутри.
   И опять мы поднимались вверх по трубам и кабелям. Нам требуется лом или
  долото, нам нужно ощутить дуновение свежего воздуха. Нас лихорадило от
  возбуждения. Фонарь мертвеца светил уж едва заметно. Батарейка была на
  исходе. А потом неожиданно мы увидели свет. Была не ночь, как мы
  предполагали. Был солнечный день, и волны горячего раскаленного воздуха
  переливались по шахте. Вентиляционное отверстие склада было почти рядом.
  Можем ли мы рискнуть сейчас? Не войдет ли кто-нибудь внутрь? Но наше
  нетерпение было слишком сильно. Гут высадил металлическую решетку, я
  прислонил ее к стенке канала и смотрел, как он спускается с фонарем вниз.
  Бледное сияние уже не достигало дна.
   В шахту временами проникал с палубы звук голосов, и мне казалось, что я
  слышу шум моря. В нескольких метрах над нами бился пульс будничного
  матросского дня. Я всегда любил будние дни. Сияло солнце, сменялись вахты,
  экипаж работал. Непонятно и невообразимо. Для