крывать. Мы
  бежали вдоль вагонов все дальше и дальше.
   - Ты видел? - дернул Гут головой назад. - "Генерал Торрес -
  Венесуэла"...
   Я кивнул, "Гильдеборг" исчезла, больше не существовала.
   - Так, тряпки долой! - он остановился и начал срывать с себя
  антирадиационный костюм. - Теперь нас в нем не должен никто видеть...
   У меня промелькнул в памяти тот паренек в трюме.
   Когда его найдут...
   Живем... Боже мой, живем!
   - Поторопись, костюмы мы должны спрятать под вагонами!
   Я сбросил белый комбинезон. На четвереньках мы влезли под один из
  вагонов и запихнули костюмы между тележкой и дном. Когда мы снова вылезли и
  посмотрели друг на друга, мы остановились в изумлении. Мы изменились, как и
  "Гильдеборг"! Были мы черные, полностью и совершенно черные. Лица, руки,
  комбинезоны - все тело. Ощетинившиеся бороды в крапинках грязи. Пыль всех
  глубин "Гильдеборг" въелась нам в кожу. Ужаснувшись самим себе, не говоря ни
  слова, мы зашагали дальше. Что теперь? Мы нигде не можем появиться, не
  возбудив подозрений. Где привести себя в порядок без копейки в кармане?
  Колея начала разделяться и расходиться. Появились первые складские
  помещения, обветшалые сооружения и металлические заборы. Когда мы миновали
  одно из бесконечно длинных складских зданий из красного кирпича, вдалеке
  послышался вой полицейских сирен. Он приближался и миновал нас несколькими
  ярусами ниже. По-видимому, там была набережная и место