тно уехал в свое бюро в
  порту. Никто на нас не обращал внимания, никто за нами не следил. Неожиданно
  мы оказались совсем свободны и одиноки в центре большого города.
   С этой минуты мы искали только одно заведение - вокзал.
   Белоснежный, красиво построенный город покорил нас. Бесконечные потоки
  автомашин и витрины храмов торговли, полные великолепных товаров. Лица
  женщин. В аэропорт мы все же сунуться не отважились, нам казалось, что там
  небезопасно. Мы даже не знали курса здешней валюты, но главное - списки
  пассажиров, которые составляют для каждого рейса. На вокзале никаких списков
  не ведут. Нам необходимо было исчезнуть с глаз Тони и Фреда бесследно.
  Выиграть время. Чтобы, по крайней мере, в первые несколько дней они не
  смогли предпринять против нас действенные меры. А когда мы будем в
  посольстве - да будет воля божья. Скорее всего, нас посадят в первый же
  самолет, который летит в Европу. В самом худшем случае - во второй, в этом у
  нас не было сомнений.
   О "Гильдеборг" мы забыли, она исчезла, перестала существовать. Никогда
  мы не ползли в темноте трюма, не видели черно-желтые полосатые контейнеры с
  окислом урана. Ракетный залп и обломки шлюпок на небосклоне.
   Мы забыли обо всем. Только бедняга Тони, который вытянул нас из этой
  неприятной истории, был реальной угрозой.
   Когда поезд, набрав скорость, из приморской низменности, по долине
  между горными массивами Танойесберг и Грил-Винтерберг, вырвался