чили сержанта. Наоборот, он был бы
  весьма разочарован, предъяви ему сейчас Курочкин паспорт с пропиской и кучу
  всяких справок, доказывающих, что Дмитрий Олегович К. - не уругвайский
  шпион, не беглый рецидивист и даже не верблюд. Теперь же у Курочкина не
  оставалось шансов легко отделаться.
   - Чудненько, - проговорил Мымрецов и даже на радостях укротил дубинку,
  сунув ее себе под мышку. - Документов нет, прописка под вопросом,
   ручной клади не имеется... Стой-ка бегунок! - внезапно сообразил
  серж*ант. - У тебя же был чемодан. Куда делся? Отвечай!
   Дмитрий Олегович промолчал. Похоже, бдительный сержант сумел бы
  
   выискать криминал в любой ситуации. Если бы "дипломат" находился сейчас
  в руках Курочкина, наверняка последовал бы вопрос: откуда "дипломат" взялся
  и нет ли там чего противозаконного? И так и сяк - плохи дела.
   - Не отвечаешь, - удовлетворенно сказал сержант. - Нарушение
  паспортного режима - раз, сопротивление при задержании - дв-а... Можно
  считать, уже сидишь.
   Кажется, Мымрецов и впрямь намерился отыграться на Курочкине по самой
  полной программе. Про себя Дмитрий Олегович произнес неласковое слово по
  адресу румяного капитана: зачем, спрашивается, раздразнил подчиненного? ,
   - Я, по-моему, не сопротивлялся... - осторожно заметил Дмитрий
  Олегович.
  
   - Будешь, - уверил его Мымрецов. - Сейчас я тебя поведу в комнату
  милиции, и по пути ты обязательно начнешь брыкаться. - Мстительный сержант
  щелкнул