олосе осведомился он у
  Курочкина, шмыгая еще сильнее обычного.
   Дмитрий Олегович энергично замотал головой.
   - Ширяешься... - мечтательно повторил шмыгающий юноша, бережно упрятав
  в свой карман конфискованное курочкинское имущество. - Нех-хо- рошо...
   Только теперь Дмитрий Олегович смог повнимательнее рассмотреть
  
   своего конвоира и заметить то, что ему как-то не бросилось в глаза с
  самого начала. А именно: стеклянный взгляд расширенных зрачков молодого
  стража. Плюс к тому - странные птичьи движения головы и плеч, как будто
  конвоир периодически ловил ртом в воздухе нечто невидимое и, несмотря на
  сильный насморк, пытался склевать... Да полно, насморк ли у него был на
  самом-то деле? Курочкину довольно редко доводилось видеть несчастных, плотно
  "сидящих на игле", но, кажется, перед ним был этот самый случай, причем
  запущенный.
   - Нет-нет! - сказал Дмитрий Олегович, еще надеясь вернуть себе обратно
  пластмассовую коробочку. - Это не то, что вы подумали.
   - Ясное дело, - подмигнул конвоир Курочкину. - Это у тебя средство от
  кашля, я так и понял. Не жмись, не выдам я тебя...
   - Клянусь вам, вы ошибаетесь, - Дмитрий Олегович догадался, что ему
  вновь не верят, и предпринял последнюю попытку. - Я вовсе не наркоман, а вот
  этот препарат... - Он уже собрался рассказать шмыгающему юноше о прискорбных
  свойствах гексатала, из-за которых тот, собственно, и не
  
   был запущен в производство. Однако молодой конвоир не пожелал слушать
  дальнейших