писсуаров, юноша еще больше повеселел.
   - Мы обо всем договорились, - объявил начальник "Процветания", легко
  поднимаясь с кресла. Дмитрий Олегович тоже встал со своего места, разминая
  затекшую от сидения ногу.
   Наголо выбритый Коростылев изобразил напряженное внимание. Экс- конвоир
  ничего такого не изобразил и продолжал себе пританцовывать.
   - Наш новый друг... э-э... господин Курочкин был так любезен, -
  продолжал свою мысль хозяин кабинета, с некоторым неудовольствием созерцая
  телодвижения своего расхлябанного кадра, - так вот, был настолько любезен,
  что согласился добровольно вернуть фонду собственность. Ту, которую мы не
  получили утром. Сейчас вы поедете вместе с ним обратно на Павелецкий и
  заберете "дипломат" с кэшем. А после этого отвезете нашего гостя туда, куда
  он сам пожелает. Ясно?
   - Так точно! - отрапортовал грузный Коростылев.
   - Ясно-ясно! - радостно пропел шмыгающий носом и выкинул очередное
  танцевальное па. - А после этого мы, как всегда, отвезем нашего, хи- хи...
  нашего лучшего нового друга... куда сами пожелаем. Поближе к водоему
  пожелаем... Мартин Сергеевич, скажите только Коростылю - пусть он его сам в
  бетон закатывает. У меня от этого бетона аллергия, все руки в волдырях,
  чешутся... Вредное производство, за те же деньги...
   Бритый Коростылев, не сходя с места, резко двинул шмыгающего по печени.
  Экс-конвоир звучно осел на пол, но, кажется, боли даже не почувствовал.
   - Падла ты, Коростыль, - невнятно