он из положения сидя. -
  Грязная работа - на мне, и я же виноват... Падла он, Мартин Сергеевич,
  снимите с него премиальные...
   Седовласый Мартин мигом утратил свою степенность. Он подскочил к
  шмыгающему экс-конвоиру и с размаху врезал ему по уху. Тот послушно
  опрокинулся навзничь, не переставая дергать ногами и бормотать.
   - И ты, Мартин, волчара позорный... - вяло проговорил он уже из
  положения лежа. - Порядочные люди киллерам отдельно платят... а тебе бы все
  на нас свалить... Без кайфа нет лайфа, понял, да?
   - Где ты взял наркотики?! - страшным голосом прошипел господин Фетисов,
  сильно пнув носком элегантного ботинка своего лежащего кадра. - Когда успел?
  Ты, падали кусок!..
   - Бей лайфа нет... нет кайфа, - тоненько захихикал лежащий на полу
  бывший конвоир Курочки-на. Затем физиономия его сделалась совсем
  бессмысленной, и он принялся пускать ртом пузыри, счастливо агукая, как
  младенец.
   Хозяин кабинета еще раз злобно пнул его ногой, однако уже ничего, кроме
  новых пузырей и агуканья, не добился.
   - Минут сорок его трогать бесполезно, - рискнул, наконец, подать голос
  Дмитрий Олегович. Как новому другу, дорогому гостю и потенциальному
  утопленнику ему следовало бы помалкивать, однако как медик он не мог
  смолчать.
   Седовласый Мартин Фетисов наконец-то оставил в покое своего кадра,
  впавшего в блаженное детство, и повернулся к Курочкину. На лице директора
  фонда "Процветание" еще сохранялись