елен
  секретарь-референт. - Вы мне до посинения лепили горбатого, что знать не
  знаете Мартина, даже хоккеиста приплели какого-то... Но стоило мне на часок
  умереть, как вы со всех ног бросились к своему Фетисову! А ведь я вас почти
  полюбила...
   Непослушный язык все еще не желал подчиняться Курочкину, поэтому сил
  пока хватило лишь на гримасу, призванную хоть отчасти заменить слова.
  Опытный физиономист без труда прочел бы на лице Дмитрия Олеговича целую
  поэму, где нашлось место и радости, и недоумению, и желанию объяснить -
  получше и побыстрее, - что он вовсе не лжец. Однако прекрасная Надежда и не
  подумала разгадывать секреты курочкинской гримасы.
   - Майкл, посмотри только на эту мордашку! - засмеялась блондинка
  оскорбительным смехом. - Чтобы такое увидеть, ей-богу, не жалко измазать
  свое платье этим клюквенным сиропом... Ну, где ты там, Седло? Иди скорее!
   Со стороны приемной послышался шум, а затем за спиной воскресшей
  Надежды объявился высокий чернобородый атлет в джинсовом комбинезоне. В
  одной руке он держал тупорылый пистолет, похожий на коростылевский, а в
  другой - жестяную пивную банку.
   - Поаккуратнее там с мебелью! - искоса бросил атлет кому-то в приемной,
  потом небрежно чмокнул в шею прекрасную блондинку и лишь после этого
  разрешил себе оглядеть Курочкина. - Забавная рожа, ты права, цыпочка, -
  согласился он, выдержав небольшую паузу. - Где только Мартин такого
  раздобыл?..
   После первых же