гильда отвечала
  презрительным молчанием, и лишь когда Курочкин рискнул повысить голос, дама
  со словами "Отстань, маньяк!" залепила ему основательнейшую плюху - да так,
  что бедный Дмитрий Олегович вместе с заклепкой отлетел к ближайшей
  девятиэтажке и впечатался в стену. Вдобавок тем же вечером Курочкин был
  подвергнут пристрастному допросу не по-хорошему внимательной Валентины,
  которая твердо вознамерилась дознаться, что означает металлическая розочка
  на мужнином плаще и не пахнет ли тут, упаси боже, супружеской изменой...
   Курочкин застонал и вновь попытался освободиться от портфеля. Впустую!
  Окаянная находка, впивавшаяся в рукав, сулила такие неприятности, какие
  Дмитрию Олеговичу и не снились. В "дипломате" могла, к примеру, быть бомба -
  килограммов десять (судя по весу) тринитротолуола с запалом и с часовым
  механизмом. Стоило подумать о бомбе, как Курочкин услышал доносящееся из
  "дипломата" тиканье, громкое и отчетливое. Дмитрий Олегович помертвел,
  обреченно сказал себе: "Ну, вот..." - и тут сообразил, что зловещее
  "тик-так, тик-так" исходит не от портфеля, а от его собственного будильника
  на ленточке. Тотчас же ученый-исследователь Курочкин, пробившись сквозь
  пелену страха обычного гражданина Курочкина, привел последнему несколько
  убедительных доказательств неприсутствия в "дипломате" бомбы. На переходящий
  приз десятикилограммовая упаковка даже лучшего тротила все-таки не тянула, и
  вообще довольно глупо со стороны