лпе есть и своя толпишка поменьше и поплотнее. Не без труда Дмитрию
  Олеговичу удалось пробиться поближе к эпицентру - и все для того, чтобы
  обнаружить в самой сердцевине людского скопления еще одного сегодняшнего
  знакомца. ч
   Бдительный ханыга, нашедший мину, чувствовал себя именинником: Его
  опухшее со сна лицо выражало восторг и какие-то Детское удивление
  одновременно. Если у вокзальных бомжей могли быть Звездные Часы, то это был
  главнейший и значительнейший из них: должно быть, впервые за многие годы
  старикан по прозвищу Филин ощутил, что он, Филин, может быть интересен не
  только вокзальному наряду, приемщику стеклотары или досужему репортеру из
  "Листка". Сейчас герой дня был нарасхват. Повинуясь любопытствующим вокруг
  себя, он с готовностью то и дело повторял свой незамысловатый и не очень
  связный рассказ.
   - Лежу! - возбужденно говорил он. - Сплю, ексель-моксель, ни о чем
  таком не думаю! Я днем, значит, отдыхаю завсегда, режим у меня такой... И
  вдруг! Тр-р-р! В башке у меня, ексель-моксель, ка-ак зазвенит! Сигнал
  тревоги как будто... Смотрю - мать честная, ексель- моксель! Чемодан кожаный
  под ухом, и тикает, собака!.. Я-то ученый, не хухры-мух-ры, знаю - раз
  тикает, то кранты... Бегом к дежурному. Он меня по матушке, а я ему: иди,
  мол, сам посмотри... Тикает ведь, ексель-моксель! Пришел, не запылился. Если
  брешешь, говорит, я тебе такую сладкую жизнь, Филин, устрою... Это мне он
  говорит, но пришел!