сы. Бдительнее всех, что ли?
   - Никак нет, товарищ капитан! - патрульный Мымрецов козырнул, бросив
  злобный взгляд на Курочкина с Автандилом. - Я просто подумал...
   - Меньше думай, сержант, - заметил капитан. - В твоем звании это совсем
  не обязательно...
   Мымрецов вновь послушно козырнул, забрался в патрульный "Форд" и дал по
  газам. Взвизгнули шины. Машина оказалась единственным существом, на котором
  оскорбленный в лучших чувствах сержант смог отыграться. Будь в машине
  патрульная овчарка - она бы вдобавок получила пинка. Человек - царь природы,
  и когда получает от другого царя нахлобучку, то вымещает свои чувства на
  подданных, живых или механических. Субординация. Когда у Валентины на работе
  неприятности, достается всегда Курочкину.
   - А вы тут чего встали? - накинулся капитан на Дмитрия Олеговича и
  подбитого орла. - Валите отсюда! Оба! Чтобы духу здесь вашего...
   Курочкин подхватил свободной рукой "дипломат" с долларами и поволок
  гражданина Цховребашвили подальше от милицейского участка. Он был и так
  несказанно рад, что избежал худшего. Теперь явка с повинной откладывалась на
  неопределенный срок. Может быть, навсегда.
   - Совсем плохой капитан, - шептал оскорбленный Автандил, пока Дмитрий
  Олегович тащил побитого горца по Летниковской и поворачивал с ним на Жуков
  проезд. - Чего ему надо, скажи, генацвале? Не милиция, а дворец, все везде
  есть... Телефоны, телевизоры... Зеркало три штуки только внизу, мебель
  хорошая... Зачем пристал,