мешками, тележками. Даже в выходной здесь было не протиснуться,
  а может быть, как раз в выходной здесь возникало особенное столпотворение. В
  толпе Дмитрий Олегович боялся приоткрыть "дипломат" и посмотреть на
  циферблат бабушкиного будильника, но он и так чувствовал, как стремительно
  утекают его минуты. В длинной галерее перехода Курочкин уже почти бежал,
  стараясь никого не задеть плечом или углом чемоданчика... Еще одна галерея,
  запруженная продавцами газет... Нет, мне не нужен "Московский листок"! И
  "Комсомолка" не нужна! Извините, девушка... Поворот, переход, эскалатор с
  сумками- баулами-тележками, целая армия этих тележек... "Выход на улицу
  Новокузнецкая", это сюда, слава богу!
   Запыхавшийся и помятый, Дмитрий Олегович выскочил из дверей метро,
  сориентировался в пространстве и бросился направо, лавируя в негустой толпе.
  Вход в контору - бывшую булочную - был уже совсем рядом, в сотне метров.
  Контора, похоже, работала без выходных: поблизости было припарковано
  множество дорогих автомобилей, какой-то господинчик с портфелем, как обычно,
  вежливо покуривал у входа. Курочкин еще успел подумать на ходу, что
  "дипломат" у господинчика такой же, как и у Дмитрия Олеговича; интересно,
  вдруг и там доллары? Мысль была донельзя идиотская. Должно быть, из-за этой
  истории Курочкин попутно обзавелся новым бзиком: теперь, глядя на любой
  похожий портфель системы "дипломат", он будет еще долго подозревать в нем
  хранилище валюты...