Вы его
  умыли, поздравляю. Люблю иметь дело с победителями.
   Странно, но похвала красавицы Надежды Курочкина нисколько не
  обрадовала.
  
  11
  
   Потолок комнаты был высоким - метра три, не меньше. Углы потолка
  украшала лепнина, - где надо, побеленная, где надо, позолоченная. Дом
  строили давно, однако до сих пор, похоже, ухитрялись поддерживать внутреннюю
  отделку в хорошем состоянии. В столице, увлеченной безликим функциональным
  евроремонтом, такой консерватизм вызывал невольное уважение.
   - Куда это мы приехали? - вполголоса поинтересовался Курочкин,
  оглядывая комнату, в некотором беспорядке заставленную ажурной старинной
  мебелью. Помещение походило скорее не на квартиру, а на запасник музея:
  всего было в избытке, в том числе и светильников. Под потолком висело аж две
  люстры, да и по стенам развешана была чертова уйма плафонов и бра. Стоило
  зажечь хотя бы треть из них, и в комнате стало бы раза в три светлее, чем в
  любой операционной.
   - Какая вам разница, куда мы приехали? - рассеянно проговорила
  блондинка Надежда, выгружая из здешнего холодильника консервные банки с
  заманчивыми этикетками. Холодильник был единственной приметой современного
  стиля в музейном царстве барокко. Видимо, никто просто не додумался
  сконструировать фризер в корпусе красного дерева и на рахитичных гнутых
  ножках. Во времена господства барокко продукты еще по глупости предпочитали
  хранить в погребах. Впрочем, в таком-то