собаках
  есть что-то такое... - Старческая рука приподнялась в безнадежной попытке
  сделать какой-то жест, не выпуская из пальцев печенье с сыром, - особенно в
  этих китайских мопсах. - Он произнес все это с необыкновенной злобой. -
  Тяф-тяф-тяф! - И запил горячей водой.
   В его жизни почти не осталось удовольствий; самым живым чувством была
  злоба; самой важной целью - борьба: борьба за свои капиталы; борьба за едва
  тлеющий лучик энергии, подпитываемый ежегодно лучами каннского солнца;
  борьба за жизнь. Он готов был питаться сухим печеньем до тех пор, пока не
  иссякнут запасы печенья в стране, лишь бы это продлило его, сэра Маркуса,
  иссякающие дни.
   Старику, видно, недолго осталось, думал начальник полиции, глядя, как сэр
  Маркус запивает горячей водой последнюю крошку печенья и вынимает из
  жилетного кармана плоский золотой футляр, а из него - белую таблетку. У него
  - сердце; каждый может догадаться: по тому, как он разговаривает; как
  путешествует - в специально оборудованном железнодорожном вагоне; как его
  катят в специальном кресле на колесах по длинным коридорам конторского
  дворца "Мидлендской Стали". Начальник полиции не раз встречался с сэром
  Маркусом на городских приемах; после Всеобщей стачки1 сэр Маркус подарил
  полиции Ноттвича - в знак признания ее заслуг - полностью оборудованный
  гимнастический зал; но никогда прежде сэр Маркус не удостаивал посещением их
  дом.
   Все в городе знали о сэре