того
  Чал-мон-дели надо добраться и до его босса. - И спросил с какой-то нервозной
  гордостью: - А вы бы удивились, если б я сказал, что человека убил? - Это
  было все равно что преодолеть первый барьер; если бы это удалось, он мог
  обрести уверенность...
   - Кого?
   - Вы слышали когда-нибудь про Боевого Змея?
   - Нет.
   Он рассмеялся с удовольствием, но чуть-чуть испуганно.
   - Я доверяю вам свою жизнь. Если бы сутки назад мне сказали, что я доверю
  свою жизнь ба... Но, конечно, у вас ведь не будет никаких доказательств... Я
  тогда занимался бегами. А у Змея была своя шайка - конкуренты нам. Просто
  ничего другого сделать было нельзя. Он попытался прикончить моего босса,
  прямо на скачках. Ну, половина наших взяли машину - и в город. А он думал,
  мы тоже поездом. Ну, понимаете, когда его поезд прибыл, мы-то уже ждали на
  платформе. Как только он вышел из вагона, мы его окружили. Я полоснул его по
  горлу, а остальные не дали ему упасть, так мы и вышли, кучкой, прошли мимо
  контролера. Потом бросили его у газетного киоска и дали дёру. - Он объяснил:
  - Понимаете, дело было так: либо мы, либо они. Они же на скачки с бритвами
  наголо явились. Как на войне.
   Помолчав немного, Энн произнесла:
   - Да. Это понятно. У него тоже был шанс, только он не сумел им
  воспользоваться.
   - Это звучит мерзко, - сказал Ворон. - Странно, конечно, только на самом
  деле это не было мерзко. Это было - естественно.
   - И вы все еще этим занимаетесь?