ула руку - против
  воли, потому что теперь Ворон стал ей невыносимо противен, и коснулась его.
  Он сразу проснулся. Она сказала:
   - Поднимается туман.
   - Вот это удача! - сказал он. - Ну и удача! - И засмеялся тихонько. - Так
  и в Провидение можно поверить, правда?
   В слабом свете раннего утра они едва различали друг друга. Теперь, когда
  он проснулся, его била дрожь. Он сказал:
   - А мне огромный костер снился.
   Энн теперь видела, что у Ворона не осталось мешков, чтобы укрыться, но не
  чувствовала жалости. Перед ней был просто дикий зверь, с которым нужно
  обращаться осторожно, до тех пор пока его не уничтожат. Пусть померзнет как
  следует, подумала она. Он проверял пистолет; она заметила, как он снял его с
  предохранителя. Он спросил:
   - Ну, а с вами как будет? Вы со мной по-честному. Я не хочу, чтоб вы
  попали в беду. Я не хочу, чтобы они подумали... - Он поколебался, затем
  продолжал с робким сомнением: - Чтоб узнали, что мы в этом деле заодно.
   - Я что-нибудь придумаю, - ответила Энн.
   - Мне бы надо ударить вас, чтоб вы сознание потеряли. Тогда они ничего
  такого не подумают. Только я размяк. Я бы не смог сделать вам больно, даже
  если б мне приплатили.
   Энн не смогла удержаться:
   - Даже за двести пятьдесят фунтов?
   - Он был чужой, - сказал Ворон. - Это совсем другое дело. Я же думал, он
  из сильных мира сего. А вы... - Он снова заколебался, молча разглядывая
  пистолет. - Вы же - друг.
   - Не бойтесь, - сказала