м. Он сказал:
   - Вы же никуда не торопитесь. Снимите эту штуку, в ней, должно быть,
  душно, и выпейте стаканчик портвейна.
   По дороге к шкафу он захлопнул дверь в комнату секретарши и повернул в
  замке ключ. Вздохнул с облегчением, доставая бутылку и бокалы, и произнес:
   - Ну теперь, когда мы и в самом деле одни, я хочу подробнее рассказать
  вам об этих приступах икоты.
   Он наполнил бокалы, но рука его дрожала, и портвейн перелился через край.
  Он начал:
   - Обычно после еды...
   Приглушенный голос прозвучал из-под маски:
   - Деньги...
   - Вы и в самом деле, - сказал мистер Дэвис, - ведете себя довольно нагло.
  Мне вы можете доверять. Я же - Дэвис.
   Он подошел к столу, отпер один из ящиков, достал две пятифунтовые бумажки
  и протянул человеку в противогазе.
   - Не забудьте, - сказал он, - я жду должным образом оформленной квитанции
  от вашего казначея.
   Человек положил деньги в карман. Рука осталась в кармане. Он спросил:
   - Эти бумажки - тоже краденые?
   Вся сцена тотчас же вспыхнула в мозгу мистера Дэвиса: Корнер Хаус на
  Пикадилли Серкус, вкус "Альпийского Сияния", убийца, сидящий напротив и
  пытающийся рассказать ему о женщине, которую он убил. Мистер Дэвис
  взвизгнул: ни слова, ни мольбы о помощи произнести он не мог, это был
  бессмысленный визг, похожий на звук, который издает человек под наркозом,
  когда нож хирурга врезается в тело. Он рванулся, бросился к двери в комнату
  секретарши, дернул ручку.