очень слабая надежда, что Чамли там появится. Однако
  то, что Ворону удалось сбежать, укрепляло эту надежду: новость уже
  передавали по радио, она появится в вечерних газетах. Чамли, несомненно,
  пожелает на некоторое время исчезнуть. И может случиться, что, прежде чем
  уехать, он зайдет за письмами. Правда, только в том случае, если он получает
  в магазинчике письма не от одного Ворона. Ворон и не рассчитывал бы, что у
  него есть хоть один шанс из тысячи, если бы Чамли был не такой дурак. Не
  требовалось с ним вместе не только пуд соли - пуд мороженого съесть, чтоб
  это заметить.
   Магазинчик занимал крохотное помещение в переулке, напротив театра.
  Продавались там сборнички не очень высокого класса, вроде таких, как
  "Забавный экран" или "Веселые рассказы", парижские открытки в запечатанных
  конвертах, французские и американские журналы, а также книжки о
  самобичевании, в бумажных обложках, по двадцать шиллингов за штуку, причем
  прыщавый юнец или его сестра - кто в тот момент оказывался за прилавком -
  обещали вернуть пятнадцать шиллингов, если покупатель возвратит книгу.
   Наблюдать за входом в магазин было нелегко. Женщина в полицейской форме
  не спускала глаз с проституток на углу, а напротив магазина шла длинная, без
  окон, стена театра со входом на галерку. На фоне этой стены человек был весь
  на виду, словно муха на светлых обоях. Если только, подумал Ворон, дожидаясь
  зеленого сигнала светофора, чтобы