вполне подходила. Прикрывая гениталии руками, он
  просеменил на середину помещения и быстрым взглядом исподлобья оглядел
  присутствующих. Панкрат вернулся в спальню с девицами, принес черные кожаные
  штаны, бросил на руки Петуху.
   - Надевай. Ты был в деревне утром?
   Петух снова оглядел допрашивающих взглядом исподлобья, облизнул губы,
  посмотрел на "гаишника" с красными пятнами на щеках от пощечин, и Панкрат
  поразился тому, как эти два разных человека похожи, особенно волчьими
  взглядами. Шагнув вперед, он легонько стукнул рыжего по затылку.
   - Повторить вопрос?
   - Не надо, - заторопился Петух, постоянно облизывая узкие бледные губы. -
  Я был... не один... я ничего... никого не трогал... только водку взял...
   - А кто трогал?
   Взгляд на "гаишника", тусклый блеск в глазах, короткая заминка, и тут же
  новый щелчок по затылку: Панкрат был неплохим психологом и не хотел
  успускать инициативу.
   - Не тяни время.
   Крутов резко шагнул к мотоциклисту, так что тот отшатнулся, взял его за
  шею и приблизил лицо к своему, глядя, как у парня (лет тридцать, а то и
  больше) расширяются зрачки:
   - Кто стрелял в деда и бил старуху?! Быстро!
   Петух вдруг натурально заплакал, рухнул на колени, глядя на Крутова снизу
  вверх.
   - Не убивайте меня, у меня дети... мать больная, я не стрелял, не
  убивайте... дети...
   - Тьфу! - сплюнул Панкрат. - Таких подонков надо убивать еще до того, как
  они обзаведутся потомками.