ми. В крайнем случае кастрировать. - Он присел возле
  плачущего бандита на корточки. - Успокойся, мразь, не будем мы тебя убивать,
  только покалечим маленько... чтоб на мотоцикл не смог больше сесть. Кто
  стрелял в деда, если не ты?
   - Серый... Боб... то есть Борис Силкин... а кто старуху бил, не знаю,
  может, Харчо... Киса Харчук...
   - Брешешь, сучара! - донеслось из спальни, и на пороге возник еще один
  любитель сексуальных утех, плотный, низкорослый, с широким плоским лицом, на
  котором выделялись маленькие глазки-буравчики. Затылок и виски у него были
  выбриты, а посреди головы проходил колючий гребень волос.
   - Это же ты ее ударил, сначала в грудь, потом ногой в живот! На кого
  свалить хочешь, падла?!
   Последующие события произошли в течение долей секунды.
   Рыжеволосый вдруг взвился в воздух прямо с колен, как пружина, увернулся
  от руки Крутова, схватил со стола нож и метнул в своего приятеля: взмах
  руки, бросок - и нож вошел в шею широколицего. Удар этот назывался дзигай и
  выполнен был мастерски. Но больше ничего сделать Петух не успел. Панкрат
  ухватил его за плечо, развернул к себе и растопыренной ладонью ударил в
  лицо, вплющивая в него нос. Рыжеволосый обмяк, теряя сознание.
   Потеющий от избытка чувств комендант склада привстал было, расширенными
  глазами глядя на лужу крови, расползавшуюся под убитым, но тут же сел.
   Воробьев поймал взгляд Крутова, говоривший: и что теперь? - кивнул на
  дверь. Они