на, члены команды "Витязь",
  самые близкие друзья, с которыми он прожил бок о бок четыре года и прошел
  много боевых дорог в Чечне, Ингушетии, Таджикистане, Украине, России.
   - Он уже собирается, - прогудел в бороду Марат Балязин, огромный, как
  шкаф; в руках он нес два объемистых целлофановых пакета. - Вовремя мы его
  перехватили.
   - Принимай гостей, хозяин, - весело сказал белозубый Саша (хотя все
  передние зубы у него были не свои - металлокерамические), - будем гудеть.
   Сам ты, понятное дело, не дотумкал собрать друзей перед дорогой, так мы
  решили перехватить инициативу.
   Ребята гурьбой ввалились в гостиную, сдвинули в угол сумки, переложили не
  убранные вещи, стали расставлять стулья, посуду на столе, заняли кухню,
  подтрунивая друг над другом и над хозяином.
   Крутов, чувствуя, как у него перехватило дыхание и к глазам подступила
  теплая влага, сбросил оцепенение и вмешался в процесс, сердито выгнав бывших
  подчиненных из кухни.
   - Наследили тут, навели беспорядок, еще посуду побъете... Идите отсюда, я
  сам все приготовлю.
   Но его не послушали, засунули в духовку две курицы, стали жарить лук,
  резать овощи, колбасу, сыр, хлеб, и Крутов вынужден был отступить.
   В гостиной Саша сунул ему тяжелый плоский кожаный чехол, напоминавший
  ножны. Впрочем, это и были ножны. Внутри лежал, мерцая синеватым зазубренным
  лезвием, самый натуральный бетдаггер - так называемая "летучая мышь",
  кинжал, сочетавший в себе