роги, проверил оружие: бетдаггер и бяньдао он положил в бардачок, пистолет
  ("штатный "макаров-М1" с лазерным указателем) под сидение - у него имелось
  разрешение на ношение личного оружия, как у офицера-оперативника ФСБ, и
  никто его конечно не забрал. После чего Крутов сел в машину и с некоторым
  сомнением в своей нормальности выехал со двора.
   Лишь за кольцевой автодорогой он понял, что интуиция просто предсказывает
  ему скорое возвращение, хотя сам он возвращаться в столицу в ближайшие
  два-три месяца не собирался.
   До Брянска он доехал за три с половиной часа, проходя подновленные
  участки шоссе со скоростью сто шестьдесят километров в час, послушно
  притормаживая в попадавшихся на пути селах и городках, и даже остановился на
  взмах жезла инспектора ГАИ в Малом Полпине, который, узрев удостоверение
  Крутова, от неожиданности взял под козырек. В Брянске Егор пообедал плотно,
  - шел уже пятый час дня, - и в начале шестого выбрался на Смоленскую дорогу,
  ведущую к районному центру Жуковка, откуда он мог добраться до родных
  Ковалей, располагавшихся от Жуковки в пятнадцати верстах.
   Чувство, заставившее его остановиться возле одного из курганов недалеко
  от Сельцовского городища, - по преданию курганы на Брянщине были насыпаны
  еще во времена походов Батыя, - вряд ли мог объяснить сам Крутов.
   Вопервых, вспомнился его странный сон с торчащими из земли руками
  мертвецов. Во-вторых, показалось, что старик,