еку пыли и грохота,
  от которого в панике разбегались куры, собаки и прочая домашняя живность, а
  люди глохли, как от стартующего авиалайнера.
   Селиван Федотович приуныл, заерзал на сидении, с сомнением поглядывая на
  водителя. Вид его красноречиво говорил: лучше бы с ними не связываться!
   Крутов похлопал его по плечу, остановил машину у колодца, поразмышлял
  несколько секунд - брать ли с собой оружие или нет, и решил не брать.
   - Пошли, отец, - сказал он, - восстанавливать справедливость.
   Главаря байкеров, действительно выглядевшего настоящим "бардадымом" - за
  два метра ростом, могучего телосложения, с громадным пузом, обладавшего
  бордового цвета круглой физиономией с глазками неопределенного цвета и
  носом-туфлей, Крутов обнаружил в саду, окружавшем один из опрятных домиков
  под черепичной крышей. Здесь же сгрудились устрашающего вида железные кони
  мотоциклистов, обвешанные кучей прибамбасов от дополнительных фонарей и
  стопсигналов до обтекателей и труб, антенн, счетчиков, эмблем, фигурок
  зверей и птиц. В окружении молодцов и молодиц в коже и черных майках
  бардадым лакомился клубникой, которую ему собирали подчиненные, вытаптывая
  при этом цветы, грядки с овощами и не обращая внимания на причитания хозяйки
  усадьбы, пожилой женщины с неизменным платком на голове. Она стояла у
  крыльца, то и дело вытирая слезы кончиками платка, но подойти к
  бесчинствующим гостям боялась.
   Мимо пронесся