юз и сингл, - смотрели видеоклипы и беседовали о литературе
  и театре. Остаться ночевать Матвей Кристине не предложил, она была
  благодарна ему за это и в то же время немного разочарована.
   Пока он вез ее через полгорода к общежитию, молчали. А прощаясь у дверей
  ДАСа, Матвей задержал руку девушки в своей:
   - Тебе не кажется, что могут произойти два несчастья? - задумчиво
  спросила Кристина. Отблеск из окон общежития падал на ее лицо, и, казалось,
  оно светится в темноте.
   - Какие? - хрипловато осведомился Матвей.
   - Первое - ты влюбишься в меня, второе - я в тебя.
   Матвей помолчал, потом шепотом произнес:
   - Второе - трагичней.
   Мгновение девушка вглядывалась в него загадочными бездонными глазами,
  поцеловала в губы и скрылась за дверью второго корпуса ДАСа, то и дело
  впускающей и выпускающей стайки студентов. А у Матвея свело скулы, как от
  легкого электрического разряда, и губы долго хранили ощущение фиалковой
  свежести и родниковой чистоты.
   Стадия полного расслабления длилась более двадцати минут, и, как всегда в
  конце ее, Матвей услышал тихие голоса, пронизывающие пространство и время и
  его самого; смысл слов ускользал, терялся в ассоциациях и шумах психического
  "ветра", но в последнее время Матвею стало казаться, что голоса эти
  принадлежат тем самым божественным существам, инфарху и его спутнице,
  которые приходили к нему в его эзотерических снах.
   - Дей, - расслышал он последнее слово. Прошептал