бы своему
  профессионализму.
   Матвей сделал длинный скользящий шаг к вожаку с пистолетом, взял его
  запястье в захват и вырвал пистолет, одновременно пальцами левой руки сдавив
  в нужных точках шею бугая. Парень еще падал, потеряв сознание, а Матвей уже
  делал подкат, доставая ногами сразу двоих "качков" с ножами. Третий успел
  махнуть ножом и достать баллончике газом, однако вспорол лишь воздух и
  заработал точный укол в солнечное сплетение от противника, невероятным
  образом оказавшегося совсем рядом.
   - Вызовите милицию, - тихо сказал Матвей остолбеневшим продавцам и,
  скривив лицо так, чтобы его потом трудно было узнать, скользнул за дверь,
  оставив пистолет у себя.
   Как и ожидалось, страховали четверку двое на старом, видавшем виды
  "вольво", но о драме в магазине они еще не догадывались; все произошло
  слишком быстро и без всякого шума.
   Уже в машине Матвей довел разговор с самим собой до точки и снова
  подивился своему побуждению вмешаться в действие, которое его никак не
  касалось. Но так остро захотелось вдруг ответить подонкам, живущим по старым
  советско-пиратским принципам: отнять и разделить!
   Молодым можно простить недостаток опыта, знаний, но не избыток наглости,
  хамства и равнодушия, вспомнил он чьи-то слова. Впрочем, не чьи-то - отца,
  провинциального учителя истории, которого любили ученики.
   Поставив машину в гараж, Матвей заглянул в почтовый ящик и обнаружил там
  поздравительную открытку.