, преодолевая
  пролеты в два прыжка, едва касаясь ступенек, а на втором этаже едва не
  столкнулся с двумя парнями, обернувшимися на легкий шум. Остановился,
  выругавшись про себя. Позволив себе расслабиться, он допустил грубый
  просчет, и теперь предстояло как-то изворачиваться, чтобы выйти из положения
  максимально просто.
   На лестничной площадке двое молодых людей зажали в угол третьего, одетого
  во все белое, а ниже, на середине пролета, их подстраховывала еще одна пара
  крепких ребят.
   - В чем дело? - тихо осведомился Матвей, разглядывая лицо парня в белом,
  и вздрогнул, встретив его ответный взгляд. У него даже зубы заныли и мороз
  прошел по коже. Взгляд этот был необычайно серьезным, спокойным и
  понимающим, в нем не было и тени страха. Да и во всем облике незнакомца,
  которого явно пытались ограбить, ощущалась бесконечная уверенность в себе.
  Этот парень все понимал и ничего не боялся. Матвей смело мог продолжать
  путь, уверенный в том, что ничего дурного с ним не случится. Но шестерка
  грабителей думала иначе.
   Тот, что стоял к нему ближе всех, сделал шаг по лестнице навстречу и
  сказал, поигрывая ножом:
   - Вали обратно, бобик, и сиди там тихо, пока мы не поговорим с этим
  бобром, понял?
   Парень походил на гориллу, на голой волосатой груди его висела цепь из
  желтого металла, на предплечье синела татуировка: сплетенные змеи и женщина.
  Жаргон его прямо указывал на тюремную закалку.
   Златая цепь на