икто гостя не ждал, лишь при выходе из здания Матвею
  преградили путь трое молодых ребят в черных сампанах. Но поскольку и они не
  ожидали встретить ганфайтера, то Матвей боя не принял, проскользнув мимо в
  танце ма-ай <Ма-ай - сочетание оптимальной дистанции и подходящего момента
  для тех или иных действий.>. Выбежав на улицу, рванул за угол, во двор
  здания, маскируясь кустами, и вовремя: вслед ему затрещали выстрелы. А в
  переулке за дощатой будкой строителей кто-то легонько стукнул пальцем ему по
  плечу. Матвей ударил вслепую, не попал и оглянулся. Это был Тарас Горшин.
   - За мной, быстро, у меня машина, - шепнул тот, приложив палец к губам, и
  кивнул на старый, видавший виды "москвич". Не раздумывая, Соболев метнулся
  за ним. Спустя минуту они были далеко от здания "Независимой федерации
  кикбоксинга". Мотор у "москвича", как и у соболевской "таврии", был
  специально форсирован, и машина не шла - летела, словно ракета, мощно и
  плавно, разве что менее шумно.
   Горшин, в своем неизменном белом костюме, молчал, пока они не отмахали
  пол-Москвы, остановил машину в Кузьминках, откинулся на сиденье, закинув
  руки за голову.
   - Зря вы ввязались в это дело. Рано или поздно эти парни вас вычислят.
   - Я не боюсь.
   - Не в страхе дело. Ведь когда к вам придут боевики Белого, вы начнете
  сопротивляться, не так ли? А это означает, что вас определят как ганфайтера.
   - В таком случае, я не буду сопротивляться, - подумав, сказал