ким причинам делает "Стопкрим", журналисты узнавали из
  первых рук: им звонили тотчас же после операции сотрудники информационной
  службы этой организации.
   О деятельности "Стопкрима", или "Чистилища", как говорили в народе,
  организации "суровой, но справедливой", заговорили вслух. Большинство,
  доведенное беспределом преступности до отчаяния, открыто одобряло эту
  деятельность, а для чиновничьей рати, опиравшейся на систему, культивируемую
  извращенным демрежимом, которую представлял госаппарат, практически
  сросшийся с организованной преступностью, настали плохие времена.
   На "чистильщиков" из "Стопкрима", объявивших войну преступности, но при
  этом явно попиравших закон, началась настоящая охота. К мафии и "ворам в
  законе" присоединились и силы милиции, угрозыск, генпрокуратура, управления
  по борьбе с организованной преступностью и даже Федеральная контрразведка.
  Но "Стопкрим" не оставлял следов и не совершил ни одной ошибки, позволившей
  бы следователям зацепиться и выйти хотя бы на исполнителей, не говоря уже о
  руководстве, что свидетельствовало о высокой информационной и оперативной
  защищенности организации, не уступавшей даже таким мощным конторам, как ФСК
  или контрразведка Министерства обороны.
   Генеральный прокурор очнулся, глубоко вздохнул, хрустнул пальцами и
  кивнул на красную папку на столе.
   - Пока мы ничего не можем им противопоставить. Надо менять подходы,
  искать нетрадиционные методы, привлекать