это тотальное знание, а также и причина всех
  вещей.
  
  
  
   Придет оргазм и вс„ расскажет
   и ничего не утаит.
  
  
  
   Но желание возвращается, порабощая нас, так что оргазм - это лишь
  временное разрешение проблемы желания. И с желанием приходит одиночество.
  Никто не лжет, если говорит о своем одиночестве. В том числе и Армалинский:
  
  
  
   Пора привыкнуть к одиночеству,
   но не привыкнуть.
  
   "Скажите, Бог, как вас по отчеству?" -
   не смеет пикнуть.
  
  
  
   "Скажите Бог, зачем вы сделали
   меня всевышним?"
  
   У ней на вкус проверил, спелы ли
   соски, как вишни.
  
  
  
   Я у тебя такого малого
   прошу, о Боже -
   рта, белозубого и алого
   на нежной роже,
  
  
   чтоб с этой бабой спать бы вместе нам
   и сделать сына.
  
   Мне отказав в таком естественном,
   тебе не стыдно?
  
  
  
   Уж коль ты пренебрег горением
   страстей пал„ных,
   ты б занимался сотворением
   камней холодных.
  
  
  
   Позиция Армалинского богохульна и святотатственна, если воспринимать е„
  с точки зрения христианства. Однако он вовсе не атеист, он просто наш„л
  для себя другого Бога, а вернее