ил, как гладко у него происходило переключение любовной
  энергии с одной женщины на другую, если между ними не возникало
  одиночества, как происходило смягчающее наложение во времени конца одних
  отношений на начало других. Никаких переживаний о разлуке с предыдущей
  женщиной не появлялось, если поступление новых женщин того же или лучшего
  качества не прекращалось.
  
   Тоска о разлуке приходила только в одиночестве. Но когда он находил
  достойную замену, тоска исчезала бесследно. И выпроваживая очередную
  любовницу, он чувствовал, что самое большое счастье - это быть одному,
  зная, что ты не одинок, то есть зная, что ты всегда можешь одиночество
  прервать, как только этого пожелаешь.
  
  
  
   Лю думала о своем, впервые осмеливаясь признаться себе в правомерности
  своих мыслей. Она думала о круговой поруке обоюдного оргазма. Мужчина и
  женщина, испытавшие его, становятся подобны соучастникам преступления, что
  обагрены кровью жертвы. Только жертвой в данном случае становятся запреты,
  табу. Поэтому любовников связывает наслаждение, как преступление, ибо, по
  человеческим законам, наслаждение и является преступлением, если оно не
  санкционировано обществом.