1747 года Теньоло де Фабрис ввел его в сельское
  семейство, где все любят карты и женщин и каждый устраивает
  проделки каждому. Кто не смеется над тем, что постели
  разваливаются и появляются призраки, что девушек кормят
  вспучивающими сахарными пастилками, того называют педантом. Эти
  шутки заходят слишком далеко, так по крайней мере считает старый
  Казанова.
   Грек - торговец овощами, в лучшие года звавшийся Деметрио, у
  которого Казанова увел хорошенькую горничную (еще одна горничная
  в донжуанском списке Казановы!), тайком подпилил доску над
  грязной канавой на излюбленном пути Казановы. Казанова с
  несколькими молодыми женщинами по уши оказался в нечистотах. Их
  вытаскивали крестьяне. Его вышитый по новейшей моде наряд,
  кружева, чулки были безнадежно испорчены. Но когда девушки еще
  подавленно молчали, он уже смеялся, чтобы не прослыть педантом.
   Деньгами и угрозами выявив зачинщика, он долго думал над
  достойной отплатой, пока не устроил его ложные похороны. После
  полуночи он прокрался на кладбище, выкопал недавно погребенного
  мертвеца, и не без труда, как он говорит, охотничьим ножом
  отрезал мертвую руку до плеча.
   Боялся ли он? Но ради своей чести он стократно рисковал
  жизнью. Этот нежный юноша, которого каждое расставание, каждое
  тонкое чувство доводило до слез, в ярости мог превозмочь свои
  недостатки. Тогда он не боялся ни мертвецов,