Она дала ему письмо к д'Антуану, не спрашивая, хочет ли он
  вернуться в Парму. Она управляла им с твердостью, которую он не
  ожидал от изящных дам. На рассвете она отправилась, рядом сидела
  спутница, на запятках стоял лакей, курьер бежал сзади.
   Он еще долго следил за ней взглядом, даже когда коляска
  исчезла в клубах пыли. Весь мир исчез для него. Он упал на
  постель и заплакал. Позже почтальон принес письмо. Там стояло
  лишь два слова: "Адью. Анриетта."
   В комнате он провел один из самых тяжелых дней своей жизни.
  Вечером он обнаружил, что на оконном стекле вырезано острой
  гранью брильянта, который подарил он: "Tu oublieras aussi
  Henriette" (Ты тоже забудешь Анриетту.)
   "Нет!", пишет старый Казанова. "С седой головой я думаю о
  тебе, и это бальзам для моего сердца. Только наслаждаясь
  воспоминаниями, я понимаю, что моя жизнь была чаще счастливой,
  чем несчастной."
   Сомерсет Моэм замечает в "Summing Up", что он наблюдал, как
  люди, в основном посвятившие свою жизнь отношениям между полами,
  в конце не считают ее напрасной и не знают сожалений.
   Несмотря на плохое время года Казанова на муле пересек
  Сен-Бернар. Шесть других мулов везли его слугу, чемоданы и тащили
  коляску. Он не ощущал ни голода, ни жажды, ни мороза, ни ветра. В
  Парме он остановился на плохом постоялом дворе. Случайно он
  получил комнату рядом с де ла Айе. На следующий день он отнес
  письмо