ем отказывала. Патерно из-за нее разорился.
  Казанова сказал, что ей цена пятнадцать-двадцать цехинов. Патерно
  высмеял его. Казанова пошел в ее ложу, она выпроводила
  посетителя, заперла дверь и грациозно присела на его колени.
   "В подобном положении не найдется храбрости обидеть женщину."
  Он не нашел ни малейшего сопротивления, которое обостряет
  аппетит, и дал ей двадцать цехинов, слишком много для грызущего
  раскаянья, когда через три дня он почувствовал дурные
  последствия. Де ла Айе нашел хирурга, который был и дантистом.
  Казанова начал приносить жертвы богу Меркурию (то есть проходил
  курс лечения ртутью) - и вынужден был провести в постели шесть
  недель в конце 1749 или в начале 1750 года. Это было в шестой
  раз.
   Во время лечения де ла Айе заразил его другой отвратительной
  болезнью - ханжеством. Он приписывает свою восприимчивость к ней
  воздействию ртути. Он принял решение начать новую жизнь. Он
  плакал с де ла Айе, который доказывал, что это - причина его
  излечения. Де ла Айе говорил о рае с подробностями очевидца.
  Казанова не раз смеялся. По мнению Казановы де ла Айе был тайный
  иезуит. Как-то раз де ла Айе рассказал ему свою жизнь. После того
  как он двадцать пять лет преподавал в Парижском университете, он
  служил в армейском инженерном корпусе, анонимно издал множество
  школьных учебников, чтобы в конце концов закончить службу и стать
  воспитателем. Сейчас он жил