енеля, и
  приходил к ним не как мелкий литератор, а как могущественный
  господин. Шевалье де Сенгальт болтал с кайзерами и королями, с
  царицей и папами. Великий Кребийон был его учителем французского.
  Аббат Галиани с ним обедал. Мадам де Помпадур смеялась над его
  остротами и помнила их через двенадцать лет. Герцогиня Шартрская
  внимала его предсказаниям. Кардинал де Бернис делил с ним
  монахиню М.М. Князь де Линь, граф Ламберг, лорды, маршалы,
  художник Рафаэль Менгс, герцог Курляндский, исследователь
  древностей Винкельман были его лучшими друзьями. Маркиза д'Урфе
  слепо слушалась его. Он был большим господином, между прочим
  занимавшимся литературой. Франческо Казанова, знаменитый
  батальный художник, был всего лишь братом великого Джакомо
  Казановы, шевалье де Сенгальта. Как легко он обращался с
  властителями! Маршал Кейт, паша Карамании, кардинал Аквавива,
  маркиза дю Румен, герцог Маталоне, принц Боргезе, известная
  писательница супруга австрийского посла графа Розенберга, и сотни
  других подобных кукол в театре Казановы. Как основательно он
  наслаждался своей жизнью!
   Казанова охотнее играл литературного дилетанта, чем
  признавался, что между двадцатью пятью и двадцатью семью годами
  своей жизни он напрасно трудился в Париже, стремясь сотворить
  литературную карьеру, и что в Итальянской Комедии в Париже он
  поставил оперу, которая провалилась.