стороне богатых людей и старого режима, хотя знал его всесторонне
  и побывал в его застенках. Он ненавидел больших демагогов,
  революционеров и их великих предшественников, Вольтера и Руссо,
  потому что рано понял, что они подведут черту под всеми
  удовольствиями столетия, под всей эпохой шелковых чулок и
  прекрасных манер, сверкающих клинков и веселых приключений.
   Вместо бедности он побратался с наслаждением: изменник,
  спавший с комедиантками всей Европы, игравший и пивший с
  маркизами и герцогами, предатель своего класса, но не Тартюф. Он
  обманывал всех: врагов и подруг, и главным образом своих друзей,
  но так же часто он выставлял на всеобщее обозрение свои
  недостатки, как свои шелковые штаны, золоченую табакерку и
  дукаты, которыми он звенел во всех карманах, свою всегда готовую
  шпагу, а он был готов еще с ранней молодости, и фальшивый титул,
  и поддельный орден.
   Кем же был подлинный Казанова?
   Он сам называл себя легкомысленным, но храбрым и в основе
  своей приличным человеком. Казанова думал, что имеет право
  показать себя в неглиже, а иногда и совершенно нагим.
   Как мы должны понимать его? Жадный до жизни авантюрист,
  посещавший пап и королей, победоносный конкурент Калиостро и
  графа Сен-Жермена?
   Скрытый писатель с проблесками гения, сладострастный
  автобиограф, сатирический самопародист и неумолимый бытописатель
  восемнадцатого