торый за мельчайший дворянский титул истратил
  громадные суммы и весьма пресмыкался.
   "Совершенно верно", ответил Казанова императору, "но что
  можно сказать о том, кто продает такие дворянские титулы?"
   Тогда император повернулся к нему спиной и удалился.
   Императору Йозефу II очень нравилось слушать аплодисменты
  анекдотам, которые он рассказывал. Он рассказывал прелестно, но
  смотрел на каждого, кто не смеялся, как на дурака.
   Здесь один яростный рассказчик анекдотов издевается над
  другим. В одном из писем архива в Дуксе Казанова по-другому
  излагает свою первую встречу с Йозефом II. "Его Величество
  остался вчера стоять, чтобы более получаса говорить со мной
  тет-а-тет. При первых же словах императора я начал дрожать перед
  его импозантным достоинством и монарх это заметил; потом я
  отвечал глупым голосом, тупыми и сдавленными предложениями."
   В общем Казанова был восхищен и Веной, и своими "фройнляйнс",
  как он называет их немецким словом.
   Кроме того, он познакомился с танцовщицей из Милана, которая
  была умна, начитана и вдобавок очень мила. У нее он познакомился
  с графом Эрдеди и князем Кински. Казанова несчастливо влюбился в
  танцовщицу Фольяцци, позднее жену балетмейстера Анджолини, в
  которого она была влюблена. Казанова за ней ухаживал, она над ним
  смеялась.
   Влюбленная театральная актриса, говорит Казанова, это
  крепость, в которую невозможно проникнуть