понравится, готовая
  провести всю ночь в кресле возле его постели, ухаживала за ним,
  несмотря на свои пятнадцать лет, как мать, ни разу не поцеловав
  его, не раздевшись в его присутствии. Он вел борьбу сам с собой.
  Ныне победитель был горд. Ему лишь не нравилось, что никто не
  поверит в эту победу, ни Катарина, ни Мария Маддалена, ни Лаура.
   В "Истории моего побега" Казанова пишет: "В марте месяце 1755
  года я снял квартиру в доме одной вдовы. Настоящая причина, по
  которой я покинул палаццо Брагадино, заключалась в желании стать
  соседом одной женщины, которую я любил".
   Однажды Казанова получил анонимное письмо. Вместо того, чтобы
  наказать аббата Кьяри, пусть он лучше подумает о себе, ему грозит
  непосредственная опасность. Казанова же угрожал отколотить Кьяри
  из-за его романа.
   В это время с ним познакомился некий Жан Баптист Мануцци. Он
  был продавцом драгоценных камней, шлифовщиком алмазов и шпионом
  государственной инквизиции. Он вызвался устроить кредит на алмазы
  Казановы, посещал его, смотрел книги, особенно манускрипты о
  магии, как-то пришел позднее обычного и уверял, что некий
  покупатель, которого он не мог назвать, хотел бы уплатить
  Казанове тысячу цехинов за пять книг о сношениях с элементарными
  духами, но он сперва хочет убедиться, подлинные ли они. Мануцци
  обещал, что вернет их в двадцать четыре часа, и уверял на
  следующий день, что незнакомец считает их фальшивыми.