м, поэтому беги! Завтра, вероятно, будет поздно. Восемь
  месяцев я был государственным инквизитором и знаю применяемый ими
  стиль задержания. Из-за ящика с солью не ломают входные двери.
  Может быть, они знали, что тебя нет в доме и пришли, чтобы дать
  тебе возможность побега. Доверься мне, любимый сын, тотчас скачи
  в Фузине и как можно быстрее отправляйся во Флоренцию. Оставайся
  там, пока я не напишу, что ты можешь вернуться безопасно. Если у
  тебя нет денег, я дам тебе для этого сотню цехинов. Мудрость
  велит тебе уехать".
   Побледневший Казанова возразил, что чувствует себя невиновным
  и не боится суда; поэтому он не может последовать этому, конечно
  мудрому, совету.
   "Суровый трибунал может найти тебя виновным в настоящем или
  придуманном преступлении и не даст тебе возможности оправдаться.
  Спроси оракула, должен ли ты последовать моему совету".
   Все это Казанова нашел слишком смешным. Он ответил, что
  спрашивает оракула лишь в спорных случаях. Побегом он лишь
  признает свою вину... Как он узнает, когда можно будет вернуться,
  если этого не скажет суд? Должен ли он из-за этого распрощаться с
  ним навсегда?
   Тогда Брагадино попросил провести в палаццо по крайней мере
  этот день и следующую ночь; дворец патриция неприкосновенен;
  требуется специальный приказ, который выдается очень редко.
  Господин де Брагадино плакал. Казанова просил избавить его от
  душераздирающего зрелища. Брагадино