. Он цитирует Данте: "E gnindi uscimmo a
  rimirar le stelle", потом мы вышли, чтоб увидеть звезды. Было
  облачно. Казанова опустился на четвереньки и воткнул свою пику
  между двумя свинцовыми плитами, загнув пальцами другой край
  нависающей плиты; так постепенно он добрался до конька крыши.
  Монах держался за пояс Казановы, который как вьючное животное на
  крутой, влажной, скользкой крыше должен был одновременно тащить и
  толкать.
   На коньке они уселись верхом, спинами к маленькому острову
  Сан Джорджо Маджоре, в двухстах шагах от них были купола собора
  святого Марка. Казанова попросил Бальби подождать, снял свой
  узел, и пошел вдоль конька только с пикой. Почти целый час он
  напрасно исследовал все крыши дворца; нигде нельзя было
  прикрепить веревку. Наконец он увидел люк на стороне канала. Он
  был так широк, что не мог быть тюремным, то есть выходил в
  дворцовые помещения, чьи двери конечно были открыты. Он был
  уверен, что служитель дворца, даже слуга семейства дожей, скорее
  способствует, чем обнаружит их побег, так сильно ненавидели
  венецианцы инквизицию.
   Казанова понемногу сполз с конька, пока не оказался верхом на
  маленькой крыше пристройки. Обеими руками держась за край, он
  вытянул голову и увидел маленькую решетку, а за ней оконное
  стекло. Его уже покидало мужество, когда послышался полночный бой
  часов с башни - он вспомнил предсказание Ариосто, схватил